"Кашалотик": путь на дно
Почти десять лет руководитель популярной детской эстрадной студии развращал своих воспитанников
"Мне было противно и страшно"
В материалах этого судебного дела нет фотографий расчлененных трупов, кровавых луж. Но после знакомства с этой тоненькой папкой била меня несколько дней нервная дрожь. "Мне было противно и страшно", - сказала на суде одна маленькая девочка. Наверное, те же чувства испытали все участники процесса, даже взрослые. Тайная, скрытая до поры до времени, жизнь знаменитого в Челябинске детского коллектива была просто ужасна.
Самое поразительное, что и теперь, после решения суда, находятся люди, встающие на защиту "большого таланта". Они говорят, что его оклеветали из зависти к успехам коллектива, все подстроили родители не слишком способных детей, которых Пуртов не пускал на сцену... Кто-то даже говорит: "Подумаешь, потрогал там кого-то. Вон в гимнастических секциях тренеры постоянно детей трогают - и никто их не судит". Все встает на свои места, когда представишь, что твоя 6-летняя дочка однажды жалуется тебе: "Владимир Юрьевич трогал мне глупости". Я не придумала эту фразу, она содержится в материалах процесса.
Дети подробно описывали то, что делал с ними руководитель "Кашалотика", даже те эпизоды, которые случились с ними 3-5 лет назад. В качестве свидетеля выступала и взрослая девушка. Он проделывал с ней сексуальные опыты в конце 80-х, а она до сих пор не может их забыть. Любой психолог скажет вам, что моральные травмы такого рода не зарубцовываются порой до конца жизни.
Ничему не верят защитники. Даже зная о том, что их кумир признался в содеянном, они готовы утверждать, что все свидетели подкуплены. "Детей подкупили?" - спрашиваю я с ужасом. Нет, родителей, говорят мне. Но если предположить, что десятки взрослых людей в здравом уме заставляли своих малолетних дочерей выучить наизусть истории о том, как взрослый мужчина лазил им в трусики, а потом повторять заученное несколько раз в присутствии незнакомых людей, то, наверное, в нас действительно уже не осталось ничего святого. Интересно, сколько нужно заплатить человеку, чтобы он так измывался над собственным ребенком?
Стоит сказать, что для каждого допроса несовершеннолетних были приглашены независимые педагоги. Это были тяжелые процедуры и для детей, и для взрослых. Дело, подобное этому, слушалось в Челябинске лишь около 20 лет назад.
Как это было
Судьба Владимира Пуртова богата на защитников. В 1986 году он был осужден по ст.120 УК РСФСР за развратные действия в отношении несовершеннолетних (тогда он во время прослушивания в детском саду ощупывал девочек). Сразу же по отбытии срока его принимают на работу в одну из детских музыкальных школ. Вскоре он организует коллектив малышей при одном их жэков, затем его приглашают вместе с ними (им было по 6-7 лет) во Дворец культуры ЧТЗ. И здесь никому не приходит в голову спросить о его прошлом, навести справки.
Тревожный звонок прозвучал два года спустя. Одна из сотрудниц дворца каким-то образом узнала о его судимости и сообщила руководству. Пуртов не признался, заявив, что судим не он, а его брат, очень похожий на него. Ему поверили.
Но некоторое время спустя разразился настоящий скандал. Одна из девочек призналась маме, что Пуртов к ней приставал. Родители обратились в прокуратуру, в городской отдел культуры. Начались проверки, собрания родителей. Лидер "Кашалотика" заявил, что в скандале виновата та самая мать. Узнав о его судимости, она якобы давно шантажировала бедного Пуртова - требовала сделать ее дочь солисткой, иначе она все расскажет. Он отказал. Казалось бы, все, ему не отвертеться. Но! На защиту Пуртова грудью встали родители других детей. Они не поверили. И пустили в ход все средства, чтобы спасти "оклеветанного" Владимира Юрьевича. 
Скандал постепенно затих. Инициаторам его пришлось забрать девочку из коллектива. Чтобы исчезли последние сомнения, Пуртов посетил психотерапевта. И та, добрая женщина, дала ему справку, в которой черным по белому написала: "Может работать с детьми", хотя по закону такое заключение может делать только целая комиссия врачей. 
Еще один тревожный звоночек для родителей прозвучал в лагере "Орленок" на Черном море, где ребята провели один из летних месяцев. Все это время с ними работал опытный московский психолог, готовил к выходу на сцену. Он сказал одной из матерей о том, что отношения между детьми и руководителем кажутся ему странными, и он очень бы хотел пообщаться с Владимиром Юрьевичем. Но тот, едва завидев психолога, старался тихо исчезнуть. Уже потом, дома, та самая мать, имевшая с Пуртовым доверительные отношения, спросила напрямик: "Так есть у тебя эта сексуальная патология?" "По пьянке - есть", - был ответ.
Педагог-алкоголик
Если страсть Пуртова к детским "глупостям" была скрыта от посторонних глаз, то другое его пагубное пристрастие - к спиртному - было у всех на виду. Он спивался. Дети прятали от него бутылки. Родители прорабатывали его на своих собраниях. Он клялся и божился "завязать". Но пьяные истории следовали одна за другой. После выступления на "Утренней звезде" он в буквальном смысле "забыл" в Москве двух девочек. Во время второй поездки в Италию он пьяным ворвался в ванную комнату соседки по отелю - состоятельной американки, и был во избежание международного скандала выдворен из страны. С детьми остались родители, которые к этому времени решили сопровождать "кашалотиков" во всех поездках.
В июле 1996 года, когда пьянство Пуртова достигло угрожающих масштабов, его уволили из дворца. А в сентябре он пришел к своему прежнему руководству с новыми клятвами и справками о том, что прошел лечение от алкоголизма. И - с новым предложением. Он зарегистрировал городскую общественную организацию "Эстрадная студия "Кашалотик", получил юридический адрес, расчетный счет и печать. Он готов был работать во дворце на "безарендной основе", то есть платить за аренду помещений не деньгами, а детскими концертами. Среди учредителей значились еще педагоги студии и представители руководства дворца. 
Имя "Кашалотика" к этому времени звучало в Челябинске очень громко. Он выступал на разнообразных городских мероприятиях, о нем писали газеты, снимались телепередачи. И когда в 1996-м на стенах дворца появились объявления о наборе детей с 3 лет в эстрадную студию "Кашалотик", пришло около 100 человек. В следующем - более 300.
Но пьянки не прекращались. В то же время общественную организацию начали раздирать противоречия, называемые борьбой за власть. Власть экономическую. Не секрет, что к счетам общественных организаций всегда стремятся приложить руку коммерсанты. Разборки из-за места лидера студии разгорелись нешуточные. Некие лица пытались переориентировать "Кашалотик" на коммерческую деятельность. Разбор финансовых проблем не является предметом моего материала. Наверное, он может заинтересовать соответствующие компетентные органы. Тем более что, по слухам, именно по финансовым причинам определенные лица сделали все возможное, чтобы Пуртов сначала был отстранен от руководства студией, а затем и упрятан за решетку. Хотя причина, которая послужила толчком к заведению уголовного дела, как мы знаем, совсем другая, и вина его доказана.
Пагубная страсть Пуртова, шедшая рука об руку с пьянством, с ростом количества воспитанников студии получала все новый и новый "рабочий материал". Я не придумала это страшное в приложении к детям определение. Эти слова прозвучали из уст матери одной из старших девочек. "Не надо делать из него монстра, - говорила мне она. - Он всегда очень точно выбирал деток для своих "опытов". Ему нужно было быть уверенным в том, что девочки не расскажут ничего родителям". И долгие годы интуиция его не обманывала. Все признают, что этот, безусловно, одаренный человек - еще и прекрасный психолог. Он умееет расположить к себе ребят, подчинить их себе. Нет, не насилием, а лаской.
В своем признании суду он объяснил свой "метод" так: он любил детей, старался быть им вторым отцом. И когда он во время занятий садил их к себе на колени, то для него это было вполне естественно. Он часто уединялся с детьми, чтобы "пошушукаться", и мучения, на которые он их при этом обрекал, видимо, тоже казались ему вполне естественными.
Но как же все-таки его тайный порок стал явным? Видимо, после многолетнего пьянства интуиция начала ему изменять. И разговоры о "приставаниях" становились все громче. Один бдительный родитель, человек довольно влиятельный, даже настоял на консультации Пуртова у психотерапевта. Тот поставил ему диагноз: "алкоголизм в стадии ремиссии". Он также характеризовал его личность как "акцентуальную" (эмоционально неустойчивую), что, впрочем, свойственно многим творческим людям. Все попытки врача поговорить с ним о сексуальных проблемах он отверг. Доктор посчитал необходимым завести на него карточку, предложил лечение. Однако Владимир Юрьевич больше у него не появился.
Но гром все же грянул. Однажды Пуртов вызвал из кабинета, где дети занимались вокалом, одну из девочек. Предлог - он должен передать ноты для педагога. Семилетняя девочка вернулась покрасневшая, возбужденная и - без нот. Она рассказала, что Владимир Юрьевич ("дурак такой") завел ее в пустой кабинет, поднял маечку, начал гладить животик. Он говорил при этом, что очень ее любит и что все происходящее - это их общая тайна. С трудом успокоив ребенка, педагог подняла тревогу. Она и еще несколько сотрудников Дворца написали заявление в милицию. 20 ноября 1997 года против Пуртова было возбуждено уголовное дело. 6 февраля 1998 года он был взят под стражу. 1 октября 1998 года ему был вынесен приговор по ст. 135 УК РФ - за совершение развратных действий без применения насилия в отношении лица, не достигшего 14 лет. Назначено наказание - два года лишения свободы. На основании ст. 147 УК РФ он на три года лишен права заниматься деятельностью, связанной с воспитанием и обучением детей, не достигших 18 лет.
Где защита от маньяков?
Зачем я так подробно рассказываю эту скандальную историю? Кому-то кажется, что это попытка измазать грязью прославленный детский коллектив и его талантливого руководителя. Кто-то уже на этапе подготовки материала говорил, что мне заплатили те самые люди, кто упрятал невинного Владимира Юрьевича за решетку. На самом деле мой интерес объясняется не только огромным общественным значением этого дела - десятилетиями педагогу удавалось безнаказанно измываться над десятками малых детей. Дело еще и в том, что если я привожу своего ребенка в кружок, секцию или студию, то должна быть твердо уверена, что здесь с ним не может случиться ничего страшного. Мне казалось, что психическое здоровье, профессионализм и порядочность педагога гарантированы. Не знала только, кем.
Директор Дворца творчества юных Юрий Кропотов рассказал мне, что, много лет назад обжегшись, очень осторожен при приеме на работу новых педагогов. В санитарных книжках всех сотрудников обязательна отметка о том, что они не состоят на учете у психиатра. Директор вместе со специалистом по кадрам внимательно изучает их трудовые книжки. Если это не оригинал, а дубликат, то не поленится навести справки о трудовом пути претендента, чтобы избежать его возможной попытки скрыть судимость. Это не нарушение прав человека, а просто исполнение ст. 53 Закона РФ "Об образовании". Она гласит: "К педагогической деятельности в образовательных учреждениях не допускаются лица, которым она запрещена приговором суда или по медицинским показаниям, а также лицам, которые имеют судимость за определенные преступления". В городской прокуратуре мне разъяснили, что "определенные" - это такие, которые были связаны с нанесением морального или физического ущерба детям.
Но дворец на Алом поле - это муниципальное образовательное учреждение, имеющее лицензию. Ничего подобного, как оказалось, не делают руководители дворцов культуры. Массы детских коллективов работают здесь в полном правовом вакууме, который делает возможным историю "Кашалотика". Занимаясь, по сути, воспитательной работой, они абсолютно изолированы от всех органов, обязанных контролировать работу с детьми. Я позвонила в областное управление образования с вопросом, имеет ли коллектив Пуртова лицензию на образовательную деятельность. Ответ был "нет" с комментарием: "мы не обязаны всех вылавливать, если они к нам обращаются, тогда мы с ними работаем". Да ведь "Кашалотик" не требовалось "вылавливать", он просто гремел в городе.
В городском отделе культуры мне сказали восторженно: "Ой, какой это замечательный коллектив! А какой талантливый руководитель!" Оказывается, и спустя месяц после вынесения приговора здесь и слыхом не слыхивали о трагической судьбе "Кашалотика", несмотря на довольно оперативное выступление по этому поводу в городской газете. Не стал суд над руководителем детского коллектива предметом обсуждения ни в одном официальном органе. А мне казалось, что огромная масса работающих здесь чиновников стоит на защите детства и им не может быть безразлична личность человека, который долгие годы, по сути дела, занимался воспитанием трех сотен детей от 3 до 14 лет.
Больше того, никто из чиновников, с кем я говорила, не знал и о том, что Пуртову удалось зарегистрировать воспитательное по сути формирование как общественную организацию. И членами ее стали не дети, а взрослые, развернувшие здесь свои совсем не ребячьи игры.
Путь к "фанере"
А ведь если бы профессионалы поинтересовались системой воспитания в "Кашалотике", они бы узнали много необычного. Коллектив, начинавший как небольшая группа детей, которые играли на музыкальных инструментах и пели песенки под собственный аккомпанемент, с годами превратился в нечто совсем иное. В последние годы выступления "живьем" почти прекратились. Все чаще старшие ребята (это основная группа) пели под "минусовку", а то и просто разевали рот под голую "фанеру". Копируя таким образом худшие образцы "попсы", ребята переставали работать над голосом. Главное было - выходить на сцену. Постепенно пошло на спад и творчество руководителя. Если раньше он сам сочинял песни, то сейчас все чаще стал присваивать чужие. А потом в репертуар начали включаться просто известные всем шлягеры - песни Агутина, Королевой. Творческий коллектив потихоньку превращался в звукозаписывающую студию. Легкий успех кружил головы.
"Кашалотик" делился на "белых" и "черных". Платившие по 50 рублей каждый месяц дети из подготовительных групп (а начинающих было непомерно много - около 300 всего на семь педагогов) обеспечивали концертную деятельность основному составу. Особо ценились руководителем дети состоятельных или влиятельных родителей. Они могли оказать студии финансовую и иную поддержку, и поэтому сразу входили в основной состав (одна богатая мама сказала мне: "Были ли мы в подготовительном? Что вы, с такой фамилией...") Способности, в общем-то, не были важны. На хорошей аппаратуре можно все записать. Использовалась и система подкупа самих детей. Девочки не раз заявляли педагогам, которым Пуртов старался не платить: "А нам Владимир Юрьевич деньги за концерт дал".
Он умел внушить родителям надежду, что очень скоро он сделает их чадо "звездой". Поэтому ради сцены, аплодисментов и других атрибутов успеха они были готовы терпеть все, что угодно. Мама одной из старших девочек сказала мне: "Да, я знала о его страсти. Но маленькие меня не касались. Я знала, что мою дочь он никогда не тронет. В конце концов, у каждого ребенка есть свои родители". А родители мечтали видеть своих детей на сцене, в блеске софитов. Психиатр, который наблюдал одного из родителей, говорит, что у него очень четко просматривался "комплекс гения", "вундеркинда". Не реализовав те надежды, которые когда-то возлагали на него его родители, этот человек желает воплотить их и свои мечты в собственном ребенке. Родительские амбиции, на мой взгляд, стали одной из причин этой драматической истории. Они буквально толкали своих малолетних детей на сцену. А кто не знает, что сцена - это как наркотик - раз попробовав, от нее уже очень непросто отказаться. Пуртов это очень ловко использовал - как рычаг давления на воспитанников. Рассказывают, что в качестве награды за молчание о своих сексуальных опытах он обещал малышам дать новую песенку, выпустить на сцену. И действительно давал. И дети молчали, оставаясь наедине со своей бедой. Многие говорят, что не рассказывали обо всем родителям, потому что боялись, что те заберут их из студии. Желание стать "звездой", привитое им Пуртовым, оказалось сильнее, чем страдания от его тайных сексуальных опытов.
Итак, Владимир Пуртов осужден. Какова же судьба его коллектива? Он разделился на две половины. Одна по-прежнему работает во Дворце ЧТЗ. Другая, прихватив документы общественной организации "Детская эстрадная студия "Кашалотик", пустилась в свободное плавание. Пока ее приютил Дворец культуры ЧЭРЗ. Лидером стал один из родителей - человек, далекий от педагогики. Он против "раздувания" этой истории в прессе, потому что, по его словам, их уже начали приглашать на концерты. Именно концертами опять будут расплачиваться дети за аренду помещений. Такой "бартер", вероятно, у нас становится привычным. Мне не раз приходилось видеть, как детские коллективы выступали в ресторанах, перед выпивающими и жующими взрослыми. А недавно один из детских коллективов пригласили в ночной клуб! 
- А дети будут получать деньги за выступления? - спросила я у нового лидера.
- Нет, их будут получать взрослые. Нам нужно покупать аппаратуру и многое другое.
- А петь они будут, как и раньше, под "фанеру"?
- А что здесь такого? Все профессионалы так поступают...
Вот так. Здесь детей по-прежнему хотят считать профессионалами, дурманить их призрачным блеском успеха. Многие родители и сейчас не верят, что Пуртов занимался тем, за что осужден. Они, как и раньше, свято верят в его систему воспитания и готовы продолжать его дело. Вот уж, действительно, урок - не впрок.
Алевтина НИКИТИНА
«Челябинский рабочий», 1998 г.